Владимир Маяковский

Мелкая философия на глубоких местах

Превращусь
           не в Толстого, так в т_о_лстого, -
ем,
    пишу,
          от жары балда.
Кто над морем не философствовал?
Вода.
Вчера
      океан был злой,
                      как черт.
сегодня
        смиренней
                  голубицы на яйцах.
Какая разница?
               Все течет...
Все меняется.
Рассыпается волна
                  и опять взбухать.
Горою кажется
              на этаком расстоянии.
Тут и водоросль,
                 и вода,
                         и прочая труха -
обрастание!
Есть у воды своя пора,
часы прилива,
              часы отлива.
А у Стеклова
             вода
                  не сходила с пера.
Несправедливо.
Дохлая рыбка
             плывет одна.
Висят плавнички,
                 как подбитые крылышки.
Плывет недели,
               и нет ей ни дна,
ни покрышки.
Волны
      друг друга
                 лупят плашмя.
И так и этак,
              то всыпят, то высыпят,
и вновь водословят,
                    звеня и шумя...
Диспут...
Это кит, говорят.
                  Возможно и так.
Вроде рыбьего Бедного -
                        обхвата в три.
Только у Демьяна
                 усы наружу,
                             а у кита
внутри.
Годы - чайки.
              Вылетят в ряд -
и в воду -
           брюшко рыбешкой пичкать.
Скрылись чайки.
                В сущности говоря,
где птички?
Я родился,
           рос,
                кормили соскою, -
жил,
     работал,
              стал староват...
Вот и жизнь пройдет,
                     как прошли Азорские
острова.

Этот стих - скелет, который может и должен обрастать при моей помощи и вашей, товарищи поэты, мясом злободневных строк. Так строки про "обрастание" и "диспут" - новы. Другие - устаревшие - вычеркнуты. Таковым скелетом, например, была моя "Схема смеха".

В. М.

Самые популярные произведения: